Глава 3. Похищение

Такси плавно летело по шоссе, а Софья, сидя на мягком заднем сидении, смотрела на проплывающие мимо огни ночного города. Она думала, насколько глуп её отец, и почему он её недооценивает. Она уже давно научилась управлять его гвардейцами не хуже него самого, и теперь должна играть эту постыдную роль маленькой дочки неумехи. И почему он не доверяет ей более серьёзные дела. Софья усмехнулась тому, что отец не может прочитать её мысли, а точнее читает то, что ей необходимо. Это она освоила ещё в детстве, что бы избежать наказаний. Серые очень жестоко наказывали своих детей, не допуская ни малейшего нарушения их приказов и требуя беспрекословного подчинения, и не важно, что ребёнок мог быть прав или реализовывал нормальную потребность в познании мира. Она уже давно знала о существовании «Института». Хотя сюрпризом стала возможность вот так просто скачивать чужой потенциал и использовать его в собственных целях. Единственной оплошностью, которую она не могла себе простить, был выход из под контроля ситуации с Русланом. Она не понимала произошедшего и боялась, что отец может узнать о том, что она привела гвардейцев в дом Руслана. Она хотела лишить его надёжной домашней опоры, убив его мать, хотя её отец на это не давал разрешение. Он просто не мог понять, как лучше манипулировать. Ведь лишившись опоры, человек будет вновь искать оную. И новой опорой для Руслана должна была стать Софья. И тогда она могла бы полностью подчинить его себе. Отец многое не понимал и не хотел слушать дочь. Поэтому ей и приходилось играть роль послушной дочки. Но что-то пошло не так. Руслан и его мать пропали, а гвардейцы убиты. Кто и почему это сделал, для Софьи было неведомо. Она не была посвящена во многие вопросы и дела отца, хотя прекрасно понимала, что в любом случае всё наследство достанется только ей. Но нетерпение и обида сжигали её изнутри. Лишь только мысль о том, что она смогла попасть в Мир Руслана и подчинить Волка грела её самолюбие. Вот только прочитать мысли Волка и понять его природу она пока не смогла. Но ей удалось блокировать «входы» и «выходы» в это пространство установив в нём свой пси-тотем в виде рыжей волчицы, через которую она смогла наблюдать за происходящим там.

Такси остановилась у подъезда.

- Завтра в восемь здесь меня встретите. – приказным тоном сказала Софья.

Таксист кивнул, и машина укатила в темноту двора.

В квартире Руслана ничего не изменилось. Только исчезли трупы гвардейцев. Всё выглядело так, как будто ничего и не происходило. Только память прочно хранила минувшие события.

Софья закрыла за собой входную дверь, бросила дамскую сумочку на пол и в обуви прошла на кухню.

Пока закипал чайник, она сидела, подперев рукой подбородок, и смотрела в окно. Её мысли вертелись вокруг того, что отец её недооценивал. Эта мысль жгла её разум и порождала целую цепочку других мыслей. Она думала о том, как отец лишит её наследства, она боялась того, что отец узнает о её самовольном решении и проведённой операции против матери Руслана. Страх потихонечку проникал в глубины её сердца, разгораясь там всё сильнее и сильнее. Отсутствие любви, приводило её в такую злобу, что она была готова убить любого. И эта мысль словно зацепилась за созданную ей в собственной голове оценку происходящих событий. Страх соединился с ненавистью, перерос в депрессию, снова в страх и ненависть но уже другого качества, взорвался в её голове и раскатился завладев всем телом. И она решила, что убъёт собственного отца, но прежде полностью узнает все тайны, которые он хранил. А до этого она будет «паинькой» в его глазах. Это её успокоило, но мысль о том, что Замбель узнает о гвардейцах и её способностях управлять ими, вновь разжигала страх и ненависть. Извращённое сознание в мгновение ока родило план, как это скрыть. А скрыть это можно было, только найдя виновного. И виновный был найден – это был один из самых приближённых Замбеля. Он заведовал финансами. Звали его Эдуард Бесов.

Обладание новым потенциалом пробудило в Софье множество новых ощущений. И она поняла, что силу мысли многие недооценивают. Она сосредоточилась на Эдуарде и действуя по алгоритму, который ей только что описал отец, уменьшила биополе Эдуарда, раскрыла структуры его головного мозга, нашла мысли о гвардейцах и вложила в его сознание мысли о том, что Эдуард хотел похитить Софью, дабы после получить выкуп, а для этого он использовал возможность управлять гвардейцами Замбеля. Эту возможность она так же создала в его голове, точно так же, как она когда-то сделала у себя. Понимая, что отец запросто отличит вложенные мысли от настоящих, она подчистила следы своего присутствия и сделала так, что бы её вложенные мысли невозможно было отличить от мыслей Эдуарда. С таким же усердием она восстановила его биополе, удалив собственное вмешательство. Софья понимала, что отец в таком случае не будет досконально разбираться. Он слишком самоуверен в своих способностях и уж тем более думает, что его видение абсолютно и безошибочно. Но подстраховаться, тем не менее, она была должна, и думая, что она упустила, нашла оплошность в созданных структурах управления. Получалось, что структуры появились вдруг из неоткуда. На это бы отец обязательно обратил внимание и изучил бы этот феномен. А уж изучив, наверняка вышел бы на создателя. Тогда она решила действовать иначе. Она простроила своё собственное понимание процесса создание структур в его памяти и повторила всё сначала, что бы это выглядело единым целым, а не разрозненными кусками.

Оставался последний штрих. Отец должен был об этом узнать. Но как? Софья очень устала, глаза слипались, она валилась с ног. Голова уже ничего не соображала и Софья из последних сил решила сделать самый простой ход. Эдуард должен был её похитить. Единственный способ это сделать, был найден. Гвардейцы должны были притащить её к Бесову, связать, затем оставить у него дома, благо он жил в элитном доме близ Хреновска, но не в посёлке Замбеля, что облегчало работу. По завершении операции гвардейцы должны были убить друг друга, что бы отец не смог идентифицировать их мысли. Чего они пока не могли делать, так это читать мысли мёртвых. В сущности, гвардейцы так же были людьми и как у любого мёртвого тела, мысли отсутствовали. Но гвардейцы должны были действовать от имени Эдуарда.

Софья, помня о наставлениях отца о фантазии, и о том, что она, обладая абсолютной властью над человеком, не смогла придумать ничего лучше, как заставить танцевать стриптиз, решила хорошо подумать прежде, чем наскоро делать что-то. Да и папа хорош, подумала она, не смог ничего лучше придумать, как спаривать этих людишек. Но потом она поменяла своё мнение, поразмыслив, что это было сделано для наглядности, так как заставить людей спариваться, да ещё на работе – это довольно трудная задача, но наглядная. И она ещё раз уверилась в том, что необходимо делать всё тщательно.

Несколько минут раздумий и её осенило, она решила делать приказания не напрямую, закладывая Эдуарду мысли, а через его двойника. Эта дерзкая мысль привела её в восторг. Она мысленно создала двойника Эдуарда и задала ему алгоритм действий по её похищению. После она уничтожила двойника и подумала о том, что отец, найдя её, даже не станет разбираться с Эдуардом. Он его просто убъёт. В гневе отец не церемонился. Гнев всегда застилал ему глаза. А тут единственная наследница… Она улыбнулась.

На плите давно уже кипел чайник, и Софья встала выключить его. Попив славного и ароматного напитка из сушёных лесных трав, Софья забылась беззаботным детским сном.

Гвардейцы появились ровно тогда, когда Софья выходила из подъезда и садилась в такси. Расчёт был прост, таксист должен был сообщить на ресепшен, что Софья похищена людьми похожими на гвардейцев. Это входило во внутренние инструкции таксистов работающих в бизнес-центре.

Гвардейцы доставили её в дом Эдуарда Бесова и сделали всё по установленному приказу мнимого Эдуарда, завершив операцию самоликвидацией.

Расчёт Софьи был абсолютно верный. Когда отцу сообщили о том, что люди в чёрной форме и с шевронами похожими на знак личной гвардии Замбеля, силой похитили дочь, он был просто взбешён. Гнев затопил его разум, и он проверял всех своих подчинённых. И конечно, в связи с тем, что произошло с Русланом и Софьей, он начал с самых приближённых. Бесову недолго пришлось ждать своей участи. Взбешённый Замбель, как только прочитал мысли Эдуарда, насилу сдержался, что бы сразу не убить его. Этот маленький и кругленький мужичок, среднего возраста и с начинающей проплешеной, только потел и удивлённо хлопал глазами. Сев в машину и приказав своим гвардейцам ехать в другой машине с Бесовым, Замбель направился в его дом, дабы подтвердить то, что он прочитал в голове своего «министра» финансов.

Обнаружив связанную Софью, Замбель в ту же секунду мысленно сжал сердце Бесова, и наблюдал, как тот корчился на полу от боли. В это время гвардейцы освобождали Софью, которая порядком устала ждать приезда «спасителей». Связанные руки и ноги ломило. Затёкшие конечности не слушались ещё какое-то время прежде, чем она смогла встать.

Замбель прижал к себе дочь, не сказав ей ни слова, усадил в машину и они спешно покинули место «преступления».

© 2018 Все права защищены Александр Каракулько